Церковное пение —  красивое и сложное искусство. Cтрогая дисциплина регента, четкая артикуляция, умение читать музыкальные тексты, предельное внимание к партнерской и своей голосовым партиям — это еще не все. Певчие стараются избежать привыкания к службе, ведь рутина обыденности может ослабить благоговение к святыне, что недопустимо для верующего человека.  

Наша жизнь полна проблем и трудностей, православная вера дает необходимые душевные силы, надежду, помогает нам укрепиться внутренне, и церковный хор вносит свой неоценимо важный  вклад в эту миссию. 

Хор храма св. прав. Иоанна Кронштадтского в Гамбурге

Более двенадцати лет хор прихода святого праведного Иоанна Кронштадского в Гамбурге держится на высоте профессионализма и вдохновения.  У истоков этого начинания стояли отец Сергий, отец Константин и Елена Ериш, матушки Наталья и Неонила, Петр-Франсуа-Ниссе, Русудан Майсурадзе, Александр Плеханов, Елена Шталь, Татьяна Кляйн. Мы поговорили с некоторыми из них о том, как начиналась история приходского хора

Меццо-сопрано Татьяна Кляйн

Татьяна Кляйн

Татьяна Кляйн поет в основном составе хора со времени прихода на Stiftstrasse, в последние годы —  вместе с дочерью Ириной. Родом из Волгограда, Татьяна окончила там музыкально-педагогическое училище и педагогический университет, и с ранней юности мечтала петь в Православной Церкви. Она обладает красивым голосом меццо-сопрано, (такой глубокий, низкий тембр музыканты в шутку называют: «женский бас»). Основная работа Татьяны — хормейстер в добровольном обществе «Смайл» в Нойвидентале, но каждую воскресную службу она на своем «боевом посту» — в большом хоре храма на Мессехален.

—  Все достижения и успехи нашего церковного хора, по моему мнению —  заслуга любимого регента Елены Шталь,  —  уверяет Татьяна, —  меня восхищают ее терпение, смирение, выдержка, такт, любовь, внимание к каждому участнику службы.

Православное хоровое пение для певчих далеко не хобби, как принято в Западной Европе, для нас это — образ жизни и веры.

Мне думается, главное, что дает нам силы продолжать непростую певческую деятельность —  это именно глубокая вера, а только потом уже любовь к музыке, хоровому искусству и огромное чувство ответственности.

„Jeder Anfang ist schwer“  — „каждое начало трудно“, говорится в немецкой пословице.

Время становления нашего прихода и приходского хора было нелегким, не хватало певчих, книг, текстов, нот для богослужения. Хору требовался постоянный регент и, к счастью, такой человек нашелся, когда в храм пришла Елена Шталь — обладательница сопрано, высокого, если можно так выразиться, «ангельского» тембра голоса. Каждому, кто посещал воскресные службы, этот голос, ведущий основную мелодическую тему, хорошо знаком.

Регент Елена Шталь

Елена Шталь

 

Елена Шталь родилась в Харькове, окончила Харьковскую государственную консерваторию, и к моменту приезда в Гамбург уже имела солидный опыт хоровой и преподавательской работы на Родине. Более десяти лет она руководила двумя немецкими хорами в пригороде Гамбурга. В 2004 году, для того, чтобы иметь возможность постоянно присутствовать на воскресных богослужениях нового православного прихода, Елене пришлось отказать в руководстве этим  двум хорам, и выбрать третий  —   с приемлемым графиком работы.

Сегодня она  —  штатный хормейстер евангелической Apostolkirche Harburg, где ведет Госпел-хор, чье расписание позволяет ей одновременно вести регентство православного хора. Во многом благодаря ее профессиональному руководству и сложился нынешний  певческий состав.

—  Всенощное Бдение мы поем обычно малым составом, в три-четыре человека,  — рассказала Елена,  —  в годовом круге церковных служб постоянно что-то изменяется, поэтому новому человеку сложно встроиться в слаженный ансамбль. По моему опыту, полный годовой богослужебный цикл певчим нужно осваивать примерно три года. Церковным певчим мало уметь хорошо петь и бегло читать музыкальные тексты с листа, требуется еще определенный певческий навык, внутренний молитвенный настрой.

Мне представляется, что все, поющие в хоре, вольно и невольно постигают богослужение, таинственно действующее на души людей, как бы изнутри, и, таким образом, им благодатно  раскрывается глубинный смысл службы, идущей в храме.

За последние годы состав нашего хора увеличился. Сегодня с нами поют более двадцати человек. Самый старший  —  знаменитость, народный артист России, великолепный бас Анатолий Сафиулин, самые младшие — Ирина и Екатерина, обеим по 23 года. В субботнем или малом хоре регентует Дарья Форрат, студентка гамбургского университета и заочной регентской школы при Московской Духовной Академии, скрипачка, будущий музыковед. Иногда ее заменяет Татьяна Кляйн. Хор православного храма условно делится надвое —  воскресный большой и субботний малый, «правый» и «левый». Оба они — единое целое с общими целями, задачами и руководством. Мы очень дружим между собой, организуем общие мероприятия вроде пикников на даче, мастер-класса по выпечке пирожков, семейных походов на природу с шашлыками и тому подобного.

Бас Анатолий Сафиулин

Анатолий Сафиулин

Анатолий Сафиулин вырос в православной семье. Становление профессионального певца, пришлось на восьмидесятые годы, тогда же он начал петь в хорах двух соборов в центре Москвы. В девяностых, в расцвете своей певческой карьеры, он удостоился высокого признания и похвал от британской принцессы Дианы, впервые услышавшей его  проникновенное исполнение моцартовского «Реквиема» на гастролях в Лондоне.

В начале нулевых певец и преподаватель вокального искусства вместе с семьей переехал в Германию. Выпускник московской музыкальной академии имени Гнесиных, народный артист России, экс-солист столичной филармонии, он сразу задал хору высокую планку, озвучил его в единой исполнительской манере, и поставил голоса многим певчим.

Анатолий Александрович живет в Гамбурге неподалеку от храма, поет в приходском хоре, иногда, по приглашению, принимает участие в сольных и филармонических концертах.

Благодаря его вокальным урокам, хор обладает особой слитностью, или так называемой  компактностью звучания, что отметили солидные музыкальные эксперты из Санкт-Петербурга, приезжавшие в Гамбург.

В 2007 году будущий патриарх Московский и всея Руси Кирилл, тогда еще председатель Синодального отдела внешних церковных связей, митрополит Смоленский и Калининградский совершил Великое Освящение храма и тоже похвалил слитность и красоту звучания хора храма святого праведного Иоанна Кронштадского.

Рассказывает народный артист России Анатолий Сафиулин:

— В момент передачи храма на Мессехален православной общине в декабре 2004 года отец Сергий пригласил меня помочь хору. Я с радостью согласился, да так и остался. Так вышло, что все последующие десять лет, в любую погоду, мы вместе со моей супругой Маргаритой Коноплевой по пять часов в день добирались из Травемюнде в Гамбург и обратно на богослужения и репетиции. Два года назад Маргарита отошла ко Господу. Некоторое время после этого мне казалось, что я не смогу больше ни петь, ни преподавать… Очень медленно, постепенно ко мне возвращалось ощущение полноты жизни. Моя любимая жена была со мной рядом сорок лет, это была поистине необыкновенная женщина, всесторонне одаренная, красивая, добрая, умная, талантливая. Дипломированный хоровой дирижер, после окончания музыкальной академии имени Гнесиных она несколько лет работала в музыкальном отделе министерстве культуры СССР,  лично знала многих знаменитостей от музыки, со многими из них мы дружили… Долгие годы Маргарита вела популярную телепрограмму «Творчество юных» на Центральном телевидении, которую многие помнят до сих пор. Благодаря прекрасному музыкальному образованию и опыту, она имела большое влияние на людей не только как авторитетный специалист в области музыки, но и как замечательная рассказчица, обаятельная, интереснейшая собеседница. Рита всегда была рада помочь людям, находила подход к любому характеру, ей многие благодарны.

Светлая ей память.

Тенор Александр Плеханов

Александр Плеханов

Александр Плеханов родился и учился в Нижнем Новгороде, работал в Хабаровске и Москве.  По профессии инженер-физик, до девяностых годов работал в московском НИИ на советскую космическую промышленность. Тембр его голоса — тенор.

Я был крещен в раннем детстве,  —  вспоминает Александр, — но только в 1991 году сознательно пришел на первую в своей жизни исповедь. После воцерковления преподавал физику в московской духовной гимназии при Богоявленском соборе в Китай-Городе.

С 2002 года вместе с семьей живу в Гамбурге. По приезде пел в приходском хоре церкви св. Прокопия Устюжского Русской Православной Церкви Заграницей. Случайно узнал о только что созданном новом приходе Иоанна Кронштадского от своих знакомых дипломатических работников в российском консульстве и сразу же пришел туда.

Однажды, еще в самом начале истории нашего прихода, мне пришлось петь Литургию в одиночку, исключительно по слуху и ассоциативной памяти. Служил тогда отец Паисий, помнится, это было на Вознесение, перед Троицей. Тогда «новорожденный», еще малочисленный приход святого праведного Иоанна Кронштадского совершал свои богослужения на Stiftstrasse, в арендованном помещении спортивного зала евангелического детского сада. Все певчие, кто мог петь церковные службы, их было несколько человек, параллельно работали в других местах, и не имели возможности регулярно приходить на службы. Трудное было время, но с Божией помощью, мы с хором выдержали и это испытание.

Время от времени мне приходилось заменять и регента, но на постоянной основе быть им я не счел для себя возможным.  Полагаю, «императорского чина», как еще называют чин церковного чтеца, мне уже достаточно. (Так называемый «императорский» чин позволяет его обладателю, подобно императору, на законном основании находиться в алтаре —  священном месте православного храма).

В 2006 году архиепископ Берлинский и Германский Феофан совершил надо мной церковный чин поставления в храмового чтеца, и это для меня большая честь и радость.

Настоятель храма Иоанна Кронштадского протоиерей Сергий Бабурин

Протоиерей Сергий Бабурин

— Что значит хор для Православной Церкви? В первую очередь, именно это отличает наше богослужение от западного. Сохраняя древнюю христианскую традицию, мы хвалим Бога только живым голосом, тем нерукотворным инструментом, который сотворил и дал нам сам Господь. Литургический возглас «Твоя от Твоих» означает: «Господи, мы Тебе приносим жертву тем, что Ты нам дал». Эта глубокая религиозная мысль находит свое выражение и в богослужебном пении.

Для меня лично церковное пение означает очень многое, я с ним вырос и через него впитал жизнь Церкви. После окончания музыкальной школы с музыкальными инструментами у меня в дальнейшем как-то не сложилось, но мне всегда очень нравилось петь, а потом и изучать певческое искусство.

С трех лет я регулярно бывал на богослужениях, часто просил разрешения постоять рядом с певчими, а с двенадцати лет уже и пел в одном из академических хоров Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Семинаристы уговорили старейшего регента Академии Марка Харитоновича Трофимчука, оставить меня в хоре в качестве «сына полка». Потом из хора меня все же «выгнали» — из-за мутации голосовых связок, сказав, что если я хочу петь и дальше — необходимо взять паузу до завершения ломки голоса.

В семнадцать лет я поступил певчим в хор Ильинской церкви, единственный приходской храм в Загорске, (ныне — город Сергиев Посад Московской области, прим. авт.), где получал свою первую в жизни зарплату. Параллельно учился в Абрамцевском художественном училище, совмещая учебу с пением в хоре. К тому времени церковные службы уже стали важной частью моей жизни, я не находил себе места, если в выходные дни почему-либо не был на богослужении в храме.

Когда меня призвали в армию в Закарпатье, то определили художником в спортивную роту.

В нашей части образовалось вокальное трио с которым мы ездили в увольнения по закарпатским монастырям (кстати, все участники этого трио стали священниками).

Вернувшись домой, готовился к учебе в духовной семинарии и пел в хоре Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

С этого момента началась моя жизнь под крылом великого регента Русской Церкви – oтца Матфея (Мормыля), который дал мне необходимые характеристику и рекомендацию для поступления в семинарию. Отец Матфей строго следил за тем, чтобы мы все пели осмысленно. Например, мог в паузе неожиданно спросить у певчих, что же такое именно они только что спели, требовал абсолютной концентрации на службе. Учил пропускать службу через свою душу, ведь автоматически петь в храме нельзя ни в коем случае. И хотя я имею довольно скромные певческие дарования, тем не менее, вся моя жизнь с раннего детства связана с храмовым хоровым пением.

И по сей день у меня есть четкое ощущение, что хор — это душа православного богослужения, главное в нем.

Когда я оказался здесь, в Гамбурге, в роли настоятеля, то больше всего страдал именно от хоровых нестроений. Были и такие службы, когда я один и служил и пел. Мне нужно было быстро менять книги, петь на разные гласы за священника, за диакона, за хор. Это было тяжело, я помню, тогда голос себе сорвал и понял, что нужно все радикально менять, так дальше невозможно.

Мы пригласили профессионала по договору, выпускника Гнесинки Виктора Кабанова, который пробыл у нас ровно год, на который мы и договорились. Стали приходить певцы. За это время в хоре появилась Елена Шталь, которая смогла всего за три месяца пройти интенсивную подготовку полного курса для регентов. Теперь она — наш замечательный регент, снискавший всеобщую любовь как певчих, так и прихожан.

Обычно музыканты, профессионально поющие люди, очень чутки как к чужой фальши, так и к критике в свой адрес, поэтому певчим на клиросе бывает трудно друг с другом. Есть даже особое духовное явление — клиросные искушения. К счастью, такого наш хор почти лишен, это дружный коллектив, в котором царит семейная атмосфера.

Наши певцы трудятся по велению сердца и принципиально на некоммерческой основе.

Сегодня мне больше не приходится вникать в руководство хором. Это счастье, когда нас, священников, окружают понимающие с полуслова, ответственные и компетентные люди.

Наш хор — живой, он притягивает, обучает, в нем действует преемственность поколений, поэтому при храме есть и детский хор. Одновременно с рождением дома Чайковского у нас возникла талантливая и яркая молодежная рок-группа Fly, которая существует около двух лет. По субботам поет прекрасный народный хор, вмещающий в себя всех желающих. Свой хор формируется в деревянном храме на Альтоне.

Профессионалы-хоровики постоянно работают над новым репертуаром, стремятся к исполнению сложных, интересных произведений, от сложного многоголосья до знаменных распевов. К примеру, Великим Постом мы слышим в нашем храме много прекрасных образцов Знаменного распева.

Бывает, что иные прихожане мне недовольно говорят: «Хор храма слишком хорошо поет, чересчур громко, мешает молиться!». Может быть, для кого-то это и так. Ничего другого, как купить беруши для умной молитвы, в таком случае, я предложить не могу.

Самые знаменательные службы для меня, — пожалуй, те, что прошли первыми в нашем храме. В 2004 году при передаче храма, когда на торжественное богослужение было приглашено очень много людей; с помощью нашего уважаемого Анатолия Александровича Сафиулина, у нас впервые слаженно, мощно зазвучал большой академический хор.

Служба эта наглядно показала, какой именно хор должен быть в новом храме и высокая планка достойно держится нашими вокальными тружениками.

В 2013 году в Гамбурге в очередной раз проходил Международный конкурс органистов имени Микаэла Таривердиева. Торжественное закрытие музыкального праздника прошло в самом большом соборе Гамбурга  —  Michaeliskirche, где в качестве почетных гостей фестиваля выступили русско-немецкий хор Монтеверди и хор прихода Святого праведного Иоанна Кронштадского c программой „Quo vadis?“ («Камо грядеши?»).

 

Вспоминается евангельский образ, подходящий к истории нашего хора. Когда женщина рождает дитя, то терпит скорбь, но потом забывает все и радуется тому, что пришел новый человек в мир. Так и мы не помним уже всех трудностей, радуясь тому, что сегодня у нас есть такой замечательный приходской хор. Низкий поклон певцам, которые на каждой службе дарят нам часть своей чуткой души.

 

Материал подготовила Ольга Вильман